Печать

Здравствуйте друзья, коллеги, единомышленники!
Рад представить вашему вниманию новые приключения полюбившихся мне, надеюсь, что и вам тоже, героев романа «Пифия». Эта книга – его продолжение, что, в общем-то, видно из ее названия, вторая часть трилогии, в чем теперь уже можно откровенно признаться.
Берясь за книгу, я рассчитывал завершить историю наемницы Гончей и ее приемной дочери Майки, но эти две героини, их друзья и враги не позволили мне это сделать. История оказалась длиннее, запутаннее, главное – загадочнее, и не поместилась в рамки одного романа. Более того, героям стало тесно в московском метро. Хотя они почти не выбираются на поверхность, на этот раз вместе с Гончей вы окажетесь в таких местах, заберетесь в такие подземелья, где еще никогда не бывали.
Несмотря на десятки опубликованных книг нашей Вселенной, в той или иной степени описывающих жизнь в столичной подземке, постъядерный мир московского метро хранит еще множество тайн, и некоторые из них приоткроются на страницах «Пифии 2». Откуда в метро взялись сатанисты? Есть ли место в постъядерном мире розовым пони? И наконец, главная загадка московского метро – Великий Червь! Что это: миф, плод чьего-то воспаленного воображения или ужасная реальность?
Возможно, следя за приключениями Гончей в московских катакомбах и сопереживая ей в поисках потерянной дочери, вы вспомните других героев Вселенной, например, созданных воображением итальянского писателя Тулио Аволедо. Нет, я не стремился перенести сюжет Аволедо в реалии постъядерной Москвы и впредь не собираюсь этого делать. «Пифия 2» и романы: «Корни небес», «Крестовый поход детей» не имеют ничего общего, кроме, может быть, размышлений о вере и неверии, о душевных терзаниях людей, переживших ядерную катастрофу, и их представлениях о милосердном и карающем Боге.
Те, кто познакомился с первой частью – романом «Пифия», уже знают, что его атмосфера близка к мрачной атмосфере «Метро 2035». Но история Майки и Гончей – это не политический памфлет. Ни в Пифии, ни в Пифии 2 вы не встретите замаскированных намеков и сравнений с политическим процессами, происходящими в современной России и в мире, хотя одному персонажу, называющему себя Невидимым наблюдателем, уделено достаточно внимания. Это мой выбор, потому что я глубоко убежден, что улыбки детей и слезы родителей важнее сиюминутных политических страстей и карьерных амбиций общественных лидеров. Это те истины, которые не зависят от времени и не потеряют своей ценности даже в постапокалиптическом мире, спустя двадцать лет после глобальной ядерной катастрофы.

Сергей Москвин